15.03.2017 — Стать личностью и гражданином

Яркое событие, факт общественной жизни, состоялось недавно в Москве в стенах университета «Высшая школа экономики» — конференция, посвященная памяти ученого, политика, поэта, драматурга Евгения Сабурова.

Провели мероприятие Федеральный институт развития образования, фонд «Институт экономики города» и гимназия № 1811 «Восточное Измайлово».

Темой восьмых по счету ежегодных Сабуровских чтений стало «Многообразие образовательной среды как условие развития личности». А главными участниками конференции — ученики старших классов из нескольких московских школ. Началось событие весьма эмоциональным выступлением директора ФИРО Александра Асмолова. Много лет Александр Григорьевич дружил с Сабуровым, и потому, наверное, рассказ о нем был наполнен каким-то особым светом и теплом. Он нарисовал образ человека живого, реального и вместе с тем совершенно необыкновенного, обладавшего поразительной универсальностью мышления.

Пожалуй, не стоит доказывать, что в этом мире существует огромное количество загадок. Однако самая большая загадка — человеческое существо. В чем состоит загадка Евгения Сабурова? В чем суть его личности? Прежде всего в том, что был математиком и экономистом, политиком и поэтом. Вопреки известной житейской мудрости, будто нельзя объять необъятное, особенность Сабурова в том и состояла, что он это делал! Понять такое, исходя из рациональности, невозможно. Он окончил математический факультет Московского государственного университета. Но он был и поэт! Мы знаем примеры подобной универсальности. Достаточно вспомнить Гете, великого поэта, создателя бессмертного «Фауста». Но он же был и премьер-министром, и дипломатом, и блестящим психологом. Евгений Сабуров написал много хороших стихов. Но он же и написал книгу, одно только название которой многого стоит. Она называется «Власть отвратительна». Сабуров был политиком. Он был и блестящим экономистом. Его взгляд на экономику — это взгляд гуманной личности. Его экономика имеет человеческое лицо. Ему интересны не цифры, а люди. Цифры — само собой, но люди важнее! Сабуров — человек беспредельной свободы. Когда стоял вопрос, быть или казаться, он непременно выбирал первое. Быть во что бы то ни стало! Несмотря ни на что! Вопреки многому, а иногда всему! Его перу принадлежит и еще одна интереснейшая книга. Она называется «Школа и свобода». Немного странное сочетание, не так ли? Однако под свободой в данном случае Сабуров понимал прежде всего умение обозначать проблему и способность давать предложения, как можно эту проблему решать. Такова, пишет Евгений Федорович в этой книге, роль поэзии в школе. Существует два вида людей. Один — это значенцы. Они холодны, рациональны. Другой — смысловики. Эти люди полны неопределенности, неясности, мастера обнимать необъятное. Таковы поэты, среди которых Цветаева, Ахматова, Мандельштам. Поэт Сабуров всегда искал. Это был поиск смысла и глубины жизни. Чем многообразнее человеческая жизнь, тем глубже и ярче личность, которая эту жизнь проживает. Евгений Сабуров умер восемь лет назад. Человек уходит. Личность остается.

Так закончилась первая половина конференции, целью которой, как мы помним, стало стремление показать, что условием развития личности ученика призвано стать многообразие образовательной среды. Ребята были явно вдохновлены примером уникального, чрезвычайно разностороннего образа Сабурова. И тогда началась следующая фаза этого хорошо продуманного, эмоционально яркого и практически полезного мероприятия. Кстати, полезного не только детям, но и учителям московских школ, которые также были приглашены на Чтения. Итак, следующим этапом стали поэтические мастерские. Однако старшеклассники не писали, а разбирали, анализировали стихи Мандельштама, Ахматовой, Хлебникова, Гумилева и Тарковского. Ребят разделили на пять групп. Каждая отправилась в свою аудиторию со взрослыми руководителями. Причем ни они сами, ни дети не были предупреждены заранее, какой это будет поэт.

Перед учениками поставили довольно сложную задачу: через стихотворение понять и затем описать на общем итоговом занятии, в чем состоял дух такого сложного для России периода, как начало XX века, поскольку поэзия всегда связана, по определению Мандельштама, с «бегом времени и бегом сердца».

— Однако мы вовсе не хотим предложить вам, ребята, заниматься, строго говоря, литературоведением, — сказала научный руководитель службы социально-педагогического проектирования гимназии № 1811 Ирина Назарова. — Мы хотим, чтобы вы пустились в некое неожиданное и потому увлекательное, а для кого-то даже опасное интеллектуально-культурное приключение. Ведь приключение всегда связано с тем, что человек попадает в неизведанное, незнакомое пространство! Мы понимаем, что стихи, предложенные вам, кажутся какими-то странными, непонятными... Но попытайтесь в этом малоизвестном пространстве стиха предложенного вам поэта не только не потеряться, но и, попросту говоря, обустроиться, разобраться, осмыслить его. Почувствуйте себя первооткрывателями! Вот почему мы и решили обратиться к поэтам начала XX века (ведь школьная программа по литературе нацелена в основном на изучение XIX века). Представить XX век через призму одного стихотворения — именно это должно стать итогом вашей исследовательской работы первооткрывателей.

Группа старшеклассников, которые выбрали стихотворение Арсения Тарковского, собралась в аудитории маленьким, тесным кружком. Столы расставили так, чтобы видеть лица, чтобы каждый мог помочь другому, чтобы состоялся свободный обмен мнений. Кстати сказать, Сабуров предполагал, что наилучших результатов можно достичь именно в коллективной работе детей. Коллективное исследование наиболее эффективно и интересно для каждого отдельного ребенка. Сначала, конечно, прочитали с выражением вслух первое четверостишие: «Тогда еще не воевали с Германией, // Тринадцатый год был еще в середине, // Неведеньем в доме болели, как манией, // Как жаждой три пальмы в песчаной пустыне».

— Итак, наша цель — рассмотреть, понять, представить, что такое XX век в этом конкретном стихотворении, — начинает занятие-исследование руководитель группы, тьютор гимназии № 1811 Валерия Земскова. — Чем, по-вашему, стихи отличаются от прозы? Правильно, рифмой. Но есть ведь и белые стихи, в них рифма не важна. Тем, что в стихотворении мысль не сказана впрямую — вот это ваше определение, по-моему, более точное! И что вам стало понятно из сказанного Тарковским? Что речь идет о времени до начала Первой мировой войны. Она началась в 1914-м. Но в том, что война непременно состоится, уверенности не было. Вы правы, я согласна: «неведеньем в доме болели». А какова атмосфера этого предвоенного времени? Какова атмосфера в доме? Автор вспоминает свое детство. Что означают слова «по-блаженному жалким»? Как вам кажется? Верно! Он вспоминает о детстве с нежностью, с блаженством, хотя оно и не было совсем уж безоблачным. А почему? О чем именно он пишет? Какие детали семейного быта выделяет? Во втором четверостишии ребята читают: «У матери пахло спиртовой фиалкою, // Лиловой накидкой в шкафу, на распялке; // Все детство мое по-блаженному жалкое, // В горящей спиртовке и пармской фиалке». Кстати, а кто знает, что такое пармская фиалка? Группа сосредоточенно молчит... Тогда посмотрим, что в Интернете. Вот как! Оказывается, это духи. Они были очень модными в то время. И стоили немало. Значит, семья Тарковского была довольно состоятельной. Так почему же детство было «жалким»? Что он пишет о своем отце? Что это был за человек? «Зато у отца, как в Сибири у ссыльного, // Был плед Гарибальди и Герцен под локтем. // Ванилью тянуло от города пыльного, // От пригорода — конским потом и дегтем». Отец Тарковского был в ссылке. За что? Какие строчки дают нам понять, что он был ссыльным? Правильно: «плед Гарибальди и Герцен под локтем». Кем был Гарибальди? Верно, он итальянский революционер. А Герцен? И это так: Герцена разбудили вольнодумцы-декабристы. Отец Тарковского, Александр Карлович, за участие в народнических кружках был сослан царским режимом на пять лет в Восточную Сибирь. И, конечно же, Герцена он читал. Однако общая атмосфера в доме была блаженной. Никто не понимал, будет ли война, не мог предположить, что произойдет с Россией и ее народом. «Казалось, что этого дома хозяева // Навечно в своей довоенной Европе, // Что не было, нет и не будет Сараева, // И где они, эти мазурские топи?» Во время Первой мировой войны в районе Мазурских озер на территории Пруссии происходили кровопролитные бои между русскими и германскими войсками. А какой смысл, по-вашему, вложил Тарковский в слово «Сараево»? Считаете, что это только упоминание о городе? Правильно! Сараево в этом стихотворении не столько город, сколько событие. Именно убийство эрцгерцога Фердинанда стало поводом для начала кровавой войны.

Вот так, в поиске, в разговоре, в обмене мнениями к ребятам приходит понимание особенности эпохи начала XX века. Все зыбко, неясно, неопределенно. Люди не готовы воевать. Мы живем, под собою не чуя страны, как писал другой поэт. Одни витают в дымке прекрасных воспоминаний довоенной красавицы Европы. Другие наполнены какими-то иными, своими, интересами. Но дух чего-то грозного, какие-то тревожные волнения пока еще совсем не явно, но все же витают в воздухе пыльного города...

Для подведения итогов всех старшеклассников пригласили в особый зал Высшей школы экономики, где проходят заседания ученого совета. В солидной обстановке ребята высказали свое мнение о том, что дала им такая интересная форма приобретения знаний, которую они получили, участвуя в Чтениях.

— Мы читали стихотворные строчки, — говорили ребята, — и сначала восхищались их рифмой и музыкальностью. Но теперь мы понимаем нечто более важное: эти строчки замечательны прежде всего тем, что отражают историю нашей страны. В них живет дух времени.

Восьмые Сабуровские чтения выполнили большую задачу — показали, как многообразие образовательной среды помогает воспитывать у ребят стремление стать личностью и гражданином.

Светлана Царегородцева

Оригинал статьи опубликован здесь.